Возможно, нам в университете
удастся перейти от господствующей
университетской схемы,
основанной на принципе
предметно-содержательного образования,
к образованию современному.
Сделать это, по моему убеждению,
собственными силами невозможно.
Необходимо присутствие в университете
скульпторов, художников, поэтов, композиторов,
музыкантов, причем присутствие на равных.
Что делается в РГГУ в направлении образования средствами искусства? Делается очень немало. Так, дисциплина "Искусство" входит практически во все учебные планы профессиональных образовательных программ, которые реализуются в РГГУ. Всего в университете студентам предлагается более 800 учебных курсов, из них 68 - дисциплины по искусству, такие, как "Введение в искусствознание", "История мирового искусства", "История отечественного искусства", "Социология, методология искусствоведения", "Живопись", "Рисунок", "Техника и технология изобразительного искусства", "Полвека новой музыки", "Кинематограф и теория восприятия", "Идея художественного авангарда" и т. д. Темы искусства представлены в университете довольно существенно и зримо. На доске объявлений можно прочитать: круглый стол "Границы современного искусства", участвуют М. Айзенберг, Ю. Арабов, Л. Гудков, М. Давыдова, Д. Пригов, А. Солнцева, Д. Ухов и другие; Институт высших гуманитарных исследований предлагает лекцию, свое заседание на тему "Госпожа Бовари: реализм как эстетическое угнетение" или "У истоков русского пятистопного ямба. Генезис, эволюция, рифма".
На первый взгляд (о чем свидетельствуют цифры и отдельные примеры) кажется, что все в порядке. Однако это несколько преждевременная оценка.
Проблемы в области образования средствами искусства существуют, причем многие из них требуют своего решения. Одна из них - господство в сфере университетского образования предметно-содержательного принципа.
Предметно-содержательный принцип складывался вместе с представлениями о мироздании в целом, т. е. наблюдались разные виды реальностей - физическая, духовная, - мир делился на то, что было, и то, что есть.
Во времена, когда мир был относительно стабильным и неподвижным, с помощью предметно-содержательного принципа можно было очень хорошо расчленять явления, анализировать их и т. д.: иного способа видеть отдельные части реальностей, лучше их постигать тогда, когда зарождался университет, не было. Когда же мир стал более подвижным и границы между различными дисциплинами стали размываться, а отдельные реальности в самом мире перепутываться, познать что-то только с помощью анализа и более углубленного исследования какой-то частички этой реальности, хотя и вполне определенной, оказалось невозможно. Кроме того, и познать эту действительность только средствами науки становится сложно.
Таким образом, первая проблема, которую хотелось бы сформулировать и которую предстоит решать, - это сохранение предметно-содержательного принципа в качестве одного из принципов.
Другой противостоящий ему принцип - холизм, целостность, принцип, когда разделенность и разграниченность различных предметов и дисциплин не так отчетлива. Кроме того, реальность познается не только средствами науки и образование в университете представлено не только как последнее ее достижение.
Отсюда другой очень важный принцип - чувственное и рациональное познание действительности. Надо сказать, что в российских условиях такое противопоставление чувственного и рационального не было высвечено столь ярко, как, скажем, в Западной Европе. На Западе оно было естественным. Именно на Западе больше, чем на Востоке, считали, что реальность познается рационально и познаваемый мир предварительно дан нам в тексте. Поэтому вербальные формы и образования, и познания там были представлены до XIX в. как господствующие. Затем вдруг возникла проблема чувственного и рационального - возможно ли здесь противопоставление в той форме, как оно существовало до XIX в., или нужны очень значительные перемены.
Иная формула, наиболее близкая к холизму - восприятие, познание и изучение реальности, - всегда существовала на Востоке, но только в Японии по традиции знание было системным и объемным. Мы где-то посредине, может быть, потому, что данная проблема, хотя у нас и известна, но тем не менее не представлена в нашем университетском образовании в должной мере.
Вот и здесь искусство выступает как бы в разных ролях. С одной стороны, гуманитарный вуз.
Представить какой-то предмет формулой, категорией, которые свойственны точному или естественному знанию, подчас просто немыслимо, т. е. сам феномен человеческой реальности настолько тонок, что не поддается каким-то характеристикам без нюансов, а поэтому способ выражения реальности близок к искусству или почти искусство. Например, сфера, которая мне близка, - 20-е гг. XX в. Историки Франции спорили: история - наука или искусство? Те, кто был ближе к академическим кругам, так называемая официальная университетская наука, считали, что это наука. Если говорили, что история - почти искусство, то это звучало как оскорбление. И только натуры утонченные, такие, как Марк Блок, Люсьен Февр, а также историки, биографы, экономисты, которые были ближе к ним, в конце концов сказали, что история - это еще и искусство. Для того чтобы точно выразить реальность и понять ее, нужен соответствующий язык. Однако только сказать, что искусство помогает лучше выразить человеческую реальность, - это почти ничего не сказать. Можно ли познать реальность без искусства, особенно человеческую? Так, историки, медиевисты Франции в конце 50-х гг. явили миру иной образ Средневековья, иной по сравнению с тем, который пришел в мир с западноевропейским Просвещением. Средневековье рассматривалось как застой, мрак, иногда как мракобесие, бесчеловечность, отсюда всякие инквизиции и т. д. Другой образ Средневековья удалось создать таким историкам, как Ле Гофф или Жорж Дюби. Они наряду с картинами изучали архитектурные линии, цвет и конфигурацию витражей, музыку, в том числе религиозную, молитвы монахов и т. д.
Таким образом, искусство как способ постижения также должно быть представлено в университете.
Можно назвать и другие аспекты всеобщей проблемы. Например, познание как процесс творческий, как творение и как формирование не только какого-то знания, но и определенного типа сознания, восприимчивого к творчеству. Мне кажется, данный процесс немыслим без присутствия искусства.
И, наконец, о том, что называется современной психологией, - различение между рациональностью и разумом, т. е. опять-таки необходимость постижения мира во всех его проявлениях без расчленения исторической и современной реальности на составляющие.
Нам предстоит наметить пути более тесного сотрудничества с Музеем изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, который создавался как университетский музей. Во всех этих совпадениях, в самой теме усматривается некий знак. Возможно, нам в университете удастся перейти от господствующей университетской схемы, основанной на принципе предметно-содержательного образования, к образованию современному. Сделать это, по моему убеждению, собственными силами невозможно. Необходимо присутствие в университете скульпторов, художников, поэтов, композиторов, музыкантов, причем присутствие на равных. Присутствия на равных науки и искусства в стенах университета, мне кажется, пока еще не было.